Финляндия теряет более €330 млн в год из-за отсутствия туристов из РФ

Потери туристической отрасли Финляндии от исчезновения российских путешественников превысили €330 млн в год, а совокупные ежедневные убытки приграничного бизнеса восточных провинций оцениваются экспертами в €1 млн. Об этом в колонке для ТАСС сообщила сотрудник Сектора экономики европейских стран Центра европейских исследований ИМЭМО РАН Анастасия Литвина.

Эксперт обратила внимание на предложение правительства Финляндии продлить до конца 2028 года действие закона о противодействии инструментализированной миграции. По её оценке, сворачивание приграничного сотрудничества уже привело к «рекордной волне банкротств» и «деградации некогда прибыльных торговых, туристических и логистических маршрутов».

«Особенно чувствительно это для финских регионов Южной Карелии, Кюменлааксо и Северной Карелии. Потери одной лишь туристической отрасли Финляндии от исчезновения российских путешественников превысили €330 млн в год, а совокупные ежедневные убытки приграничного бизнеса восточных провинций оцениваются экспертами в €1 млн. На это наложился тяжелый удар по деревообрабатывающей промышленности, лишившейся стабильных поставок сырья», — подчеркнула Литвина.

Она отметила, что сейчас Хельсинки фактически пытается заменить прежнюю приграничную модель. Так, в принятой в марте 2026 года оборонно-транспортной стратегии Joint Nordic Strategy for Transport System Preparedness северных стран особое внимание уделяется укреплению связей Финляндии с Швецией и Норвегией.

«В случае блокировки или ограничения морских маршрутов часть финских грузопотоков предполагается перенаправлять по суше через шведскую территорию к портам западного побережья и далее в Норвегию и другие страны Европы, — пояснила эксперт. — Таким образом, происходит не просто сокращение одного из торговых направлений, а меняется сама география экономических связей Финляндии: восточный вектор уступает место более интенсивной интеграции с северными и западными соседями. Однако стоит помнить про издержки, ведь новый маршрут может быть безопаснее с точки зрения стратегического планирования, но он длиннее и дороже».